Главная | Душеполезное чтение | Статьи о. Валерия | Иг. Валерий об аудиокниге

Иг. Валерий об аудиокниге

http://www.nsad.ru/index.php?issue=93&section=10014&article=2338

 

Незаезженная пластинка:

Евангелие как аудиокнига

 

Десять лет назад среди аудиокниг появился Новый Завет на русском. Диск оказался востребованным, многие по-новому открыли для себя давно знакомый текст Евангелия. Настоятель храма Флора и Лавра в селе Ям игумен Валерий (ЛАРИЧЕВ), чей голос звучит в записи – рассказал «НС» об особенностях восприятия Писания на слух, поисках веры и причине успеха звуковых книг. 



Была задумана такая передача — «Евангельские чтения». Меня пригласили попробоваться. Я приехал. Почитал. Вроде понравилось. Тогда я стал начитывать тексты Писания в радиоцентре. Я ведь не только Евангелие начитывал — еще Апостол, Псалтирь, святых отцов. Сама передача строилась так: сначала евангельское чтение, а потом еще какое-нибудь другое. Потом решили евангельский текст выпустить отдельным диском. 

Мне странно, что этот диск пользуется такой большой популярностью. Это только промыслом Божиим могло произойти. Я же никогда не учился профессиональному чтению. Но многие говорят, что им нравится. Думаю, тут дело вот в чем. Прежде всего, текст читается на русском языке. Мы привыкли слушать Евангелие в церкви на славянском, а понимать славянский гораздо труднее, нужно его очень хорошо знать, чтобы доходило все — все нюансы и оттенки. К сожалению, на церковнославянском языке мало кто воспринимает Евангелие как нужно. 

Я не сторонник перевода богослужения на русский. Многие говорят, что служба на церковнославянском для современных людей непонятна. И все-таки все, кто участвует в ней: служит, читает, поет, — все сердцем против перемен. Потому что с переводом уйдет красота. В русском переводе ее никак нельзя сохранить. С другой стороны, я сочувствую новоначальным, которые стоят на службе и ничего не понимают. Думаю, если и затевать какие-то перемены, надо сначала понять, что именно менять. Например, можно рассмотреть какой-то средний вариант — когда текст читается на церковнославянском языке, а затем повторно на русском. Потом, проповедь священник говорит на русском языке, значит, он может сделать какие-то комментарии, что-то объяснить, растолковать. 

Я сам в храме читаю Евангелие на церковнославянском. А вот по радио читал по-русски. И при этом очень старался, чтобы оно звучало понятно. Знаете, когда я читал Евангелие в студии, мне все время открывалось что-то новое: новый смысл, новый поворот. Евангелие — это бездонная книга! Я вкладывал в чтение свою душу. Вот и получилось, слава Богу. 

Не так, как пономарь


Каждый человек привносит в текст свое впечатление, свое понимание. Поэтому в храме принято монотонно читать (это, кстати, очень трудно). Если на богослужении начнут кафизмы читать с выражением — это будет не очень хорошо. Но для Евангелия делается исключение — там допустима интонация, смысловые паузы, ударения. Это нужно. Так вот, я сразу решил, что монотонно читать не буду. 

Важно ли, что текст читает священник? Не знаю. Но бывает, что священные тексты читает профессионал, актер. И это очень чувствуется: вроде голос хороший, поставленный — но не то. Эти тексты не так нужно читать. В актерском чтении очень виден профессионализм, желание себя показать. У профессионала всегда выпячивается его «я». А здесь нужно, наоборот, оставаться в тени. Чтецы-профессионалы этого не улавливают. Так же, как и певцы. Бывает, в храме на клиросе стоят великолепные профессионалы. Их пение, как очень хорошо сказал Алексей Ильич Осипов, это просто концерт. Люди, конечно, могут пойти в храм послушать концерт. Но это не молитва. Такие певцы не чувствуют грани. Они показывают свое умение, а этого-то как раз здесь нельзя. 

Я остро все это понял, когда начал читать. Если я и привносил что-то свое, то старался это делать очень аккуратно. Мне было важно донести смысл Евангелия так, как я его понимаю. Ведь я как священник очень много его читал, и мне хотелось передать тот смысл, до которого я сам дошел когда-то. Особенно значимые места я старался читать медленнее, выделял. Священникам очень близок евангельский текст. Некоторые батюшки даже знают его наизусть — и все равно при чтении каждый раз открывают для себя что-то новое. Каждый раз. Я это сколько раз на себе проверял! Я до сих пор считаю, что только прикоснулся к этому тексту, и благодарю Господа за то, что Он мне снова и снова открывает что-то из своих богатых закромов. 

Палка о двух концах


Для кого этот диск? Я думаю, что будущее именно за такими носителями. Потому что можно слушать за рулем или идя по улице. Сейчас все больше таких ситуаций, когда человек не может читать книгу. Кроме того, если текст хорошо начитан, то на слух он воспринимается лучше, чем когда сам читаешь. Аудиоканал восприятия, на мой взгляд, очень большое имеет значение при хорошем исполнении. Он дает человеку возможность войти в нужное молитвенное состояние. Но, правда, если ошибка будет в чтении — то может выбить совсем из настроя. 

В Лавре семинаристы как поступают? Один читает правило — другие слушают. Если человек хорошо читает, то и слушать хорошо. Но если ты один, то, наверное, лучше самому прочитать. Когда я остаюсь наедине с собой, я один раз читаю, один раз слушаю. Не себя, конечно. Чего себя слушать? У меня есть записи разных чтецов. Вот я и чередую чтение со слушанием, чтобы лучше воспринимать. Каждый способ имеет свои преимущества. 

Я думаю, аудиосредства будут распространяться в современной жизни. Книга будет замещаться аудио и видео. Почему телевидение влияет на людей? Потому что видео — это очень сильное средство воздействия. На него можно подсесть, как на иглу. Я знаю тех, кто не может без телевизора жить. С утра и до вечера. И компьютер так же. К сожалению, чтобы использовать эти средства в хороших целях, нужно уже созреть. Иначе человек будет искать те программы, которые разжигают его страсти, и это будет действовать пагубно. Страсть — она же как огонь. И человек все время будет в него подбрасывать поленья. И чем дольше это продолжается, тем труднее выйти из страсти. Книга не обладает таким пагубным свойством. Хотя бывали библиоманы, которые читали, например, любовные романы полжизни. Но это все-таки было меньше распространено. Так что, я думаю, что аудио, видео — это палка о двух концах. 

Когда мы записывали, я не думал о том, для кого конкретно читаю, не знал, как это отзовется. Приходил, читал — и все. Если кто-то, крутя колесико радиоприемника, попал на Евангельский текст, услышал что-то для себя, тогда, может быть, есть некоторый миссионерский смысл в этих чтениях по радио. Дай Бог, чтобы это было так. 

Евангелие богатеев


Если человек читает главу из Евангелия каждый день, положив себе такое правило, это еще не значит, что он хорошо его знает и понимает. Читать можно и механически. Так и утренние молитвы часто читают — тра-та-та-та. Прочел — все, галочку поставил. А можно, наоборот, пойти куда-то послушать, настроить себя на восприятие. В лесу на пеньке человек же не будет читать просто для галочки. Скорее наоборот — он сосредоточится. Все зависит от человека, от его настроя. От причин, по которым он читает. Может быть, он показать кому-то хочет, что знаком с Евангелием? Многие же так отвечают: я читаю, потому что надо. Но это еще не значит, что человек любит текст Священного Писания, воспринимает его глубоко. Вообще не так много людей воспринимают эти тексты по-настоящему, так, как надо.

А как надо? Полагается помолиться. Господа попросить: Господи, дай мне сил уразуметь, понять. Потому что человек не может сам сказать, что вот я могу, я воспринимаю. Он должен выпросить обязательно у Господа эту способность понимать. И Господь одному больше даст, другому меньше, но обязательно даст. Мы счастливы тем, что какие-то крупицы можем из этого воспринимать. Мы настоящие счастливцы по сравнению с тем человеком, который вообще лишен такого понимания. Он совсем бедный человек. Это нищий, который не понимает, что он нищий. Потому что, если бы он понимал, он бы просил: Господи, дай! А он думает, что он богатый. Что у него все есть. Жалко его. Я очень жалею этих людей, атеистов, которые думают что у них все хорошо в жизни, а это на самом деле не так. Когда наступит момент и человек заболеет или что-то другое произойдет, он поймет, что весь этот его успех — мыльный пузырь. Тогда будет ему лихо. Потому что перейти сразу в другое измерение трудно. Хорошо, если он обретет веру. Потому что богатство не нужно смертельно больному. И яхта не нужна. Ему ничего не нужно. Так что мы, православные, — настоящие богатеи! 

Много есть случаев, когда человек приходил к вере через чтение Евангелия. Или даже через аудиозапись священного текста. Они говорили мне об этом потом. Послушали — и что-то им открылось. Как человек приходит к вере, один Господь знает. Все в руках Господа. 

О себе. Лирическое отступление


Я сам поздно пришел к вере. Уже за двадцать. Институт окончил, аспирантуру. И все время у меня был вопрос: если нет Бога, значит, все бессмысленно? Зачем тогда жизнь? Я преуспевал в профессиональном плане: по специальности я врач-психиатр. И дома у меня все хорошо было. Короче, жизнь складывалась. Но меня все время мучил этот вопрос. Особенно ночью, когда не спалось. У меня возникало ощущение, что человек находится в западне. Попал — и выхода нету. Поэтому я понимаю людей неверующих. Кажется, Владимир Соловьев сказал: если бы неверующий человек до конца осознал, что он верит в ничто, в ноль, то он бы однозначно пришел к самоубийству. Правда, человек — существо непоследовательное, его привлекают земные ценности, разные мыльные пузыри, и поэтому этот смысловой вопрос на время уходит. Но когда он снова возвращается — это страшно. Я это пережил. Меня спасало то, что вопрос стоял передо мной не всегда, а возникал лишь время от времени. А днем я занимался своими делами, уходил в обычные заботы. 

И как-то в один момент, вдруг Господь меня привел. После этого я просто удивляюсь людям, которые говорят, что они сомневаются в своей вере. Я не могу этого понять. Я когда пришел — все. Какие могут быть сомнения? А бывает, оказывается, и такое состояние. Хотя мне кажется, что человек или верит, или не верит. 

Наверное, самые счастливые люди — это которые с детства ходят в храм. А у меня произошел переворот во взрослом возрасте. Мне было 52 года, когда я все бросил — профессию, все связи — и стал священником. Это был очень трудный выбор, но, слава Богу, я его сделал. Последние 20 лет я здесь, в Яму, храм восстанавливаю и счастлив этим. У нас хороший приход. Вся жизнь моя здесь. 

Молитва для атеиста


Вы знаете, моя профессия очень мне помогает. Ко мне ходят многие мои бывшие пациенты. Вообще основная психиатрическая болезнь — это шизофрения. Тяжелое заболевание, сложное. И если этот больной — верующий, часто его заболевание проходит так, что его никто не замечает. А если неверующий, то человек часто становится психохроником, живет в больнице. Как будто та же самая болезнь — но как небо от земли отличается у верующего и неверующего. Для меня это лучшее свидетельство того, как вера действует на человека. 

Вера — это дар. Ее нельзя никак форсировать. Но я сформулировал такую молитву, которую не кривя душой может произносить неверующий человек: «Господи, если ты есть, дай мне способ, чтобы познать тебя». Господь всегда поможет, только к Нему нужно обратиться. Беда в том, что атеисты, они очень горделивые люди. Говорят «нет — и все». Не готовы ничего слышать. Но нельзя быть таким категоричным. А вдруг есть? 

Митрополит Антоний Сурожский в своей книге «Встреча» описывает, как он пришел к Богу — через Евангелие. Он открыл самое короткое Евангелие — от Марка — и прочитал его. Причем, как он говорил, слава Богу, что именно это, так как оно было написано как раз для неверующих, и его воспринимать было легче, чем любое другое. Если бы он взял от Иоанна Евангелие, может, он и сломался бы о его глубину, не дочитал. 

Мое любимое — Евангелие от Иоанна. Потому что оно самое глубокое, самое таинственное. Можно читать с любой страницы. Я пришел к выводу, что мне в моем возрасте уже ничего другого не надо читать, кроме Евангелия и Псалтири. Времени мало, а каждая книга уводит от главного. Я сейчас стараюсь и общаться меньше — общение тоже забирает время. Для меня остались две самые главные вещи в жизни — исповедь и литургия. И две самые важные книги — Евангелие и Псалтирь. Слава Богу, я еще на ногах, и есть еще возможность послужить.

Записала Екатерина СТЕПАНОВА, фото диакона Андрея РАДКЕВИЧА